Речь по делу Авдеевой | Судебные речи - Часть 3

Речь по делу Авдеевой

Адвокат Спасович В. Д.

И вот вследствие таких наставлений Авдеева, едва достигши пятнадцати лет, переходит жить в публич­ный дом Рыбаковой или Рыбаковской, на Невском проспекте, где и пробыла два года. Известен быт проститутки — весьма однообраз­ный при всем своем безобразии: неимение никакой собственности, — все, что на теле, принадлежит хозяйке; у женщины, которая про­мышляет собой, никогда нет ни копейки за душой; ее кормят, по­ят... если найдется кому угостить... Так проводила время Авдеева здесь зимой в Петербурге, а летом на островах. И вот, в Новой де­ревне, в одном из увеселительных заведений, таких же точно как и Эльдорадо в Элизиуме, она столкнулась с Максимом Ивановым. Максим Иванов сманил ее к себе в конце июля 1869 года, в день Петергофского гулянья. Ее привезли в дом Максима Иванова, при­одели, а ее платье отослали к прежней хозяйке, и она осталась жить и промышлять своим телом для Максима Иванова. Жить ей было тут получше, ее не так теснили: Максим Иванов вообще был к ней снисходительнее, нежели прежняя хозяйка; Турбина также бы­ла с ней добра.

Вы знаете, что такое квартира Максима Иванова. В Спасском переулке, на заднем дворе, было помещение, зал — нарядная комна­та в два окна, для приема гостей, затем спальня, кухня и перед­няя; собственно, всего две комнаты, и в них от семи до восьми жильцов. В кухне, как могут местятся как сельди в бочонке муж­чины, из которых только один Грачев исполняет необходимую роль лакея, а остальные, Федоров и Иванов, живут так, дожидаясь пока явится хороший случай, затем зал — для гостей, в передней поме­щается сам Максим Иванов с Дарьей, и, наконец, спальня также для гостей или для двух-трех женщин; тут, как вы слышали, спа­ли и другие приходившие женщины — Елена и Клавдия; разуме­ется, что одна или две спят здесь в одно время, а остальные рыскают по городу. Все это общество, довольно многочисленное, держится вкупе одним Максимом Ивановым. Максим Иванов имел двоякое отношение к своим жильцам: к женскому населению, и к половине мужской. Между этими двумя половинами положительно не было никакой связи. Я спрашивал Александру Авдееву, какие отноше­ния были между ними и людьми, жившими на кухне?  Из них Грачев постоянно прислуживал, исполнял все поручения: бегал в лавку, убирал комнаты и прочее, да и остальные прислуживали так­же, когда не было Грачева, — и только. Что касается до женщин, то условия их с Максимом могут быть восстановлены по рассказам Александры Авдеевой и другой Александры — «Саши маленькой».