Речь по делу братьев Скитских | Судебные речи - Часть 11

Речь по делу братьев Скитских

Адвокат Карабчевский Н. П.

Одно, что мы твердо и несомненно знаем, — это то, что труп Комарова оказался всего в двадцати двух шагах от мостика. Допу­скаю, что его не могли волочить или переносить на далекое про­странство. Но которое бы из трех ни избирали мы заключение экспертов: удавление, удушение или шок от насилия, надо же по­пытаться дать себе, по крайней мере, ясное представление о том, как и где это могло произойти.

На самой дороге, видимой отовсюду, не сохранившей уже че­рез полчаса, когда проходила Комарова, ни малейших следов паде­ния тела или борьбы, самое удушение, шок или удавление не могли произойти. Хоть несколько шагов в сторону (по направлению к лесу, вероятно, добровольно приманенный чем либо) да сделал же Комаров. Как бы ловко и проворно ни выскочили злоумышленники из засады на открытую дорогу, он бы их услышал и увидел, успел бы метнуться в сторону, выхватил револьвер или закричал, особли­во зная, что его только что обогнал водовоз, который неподалеку набирает воду у пруда. Для меня более, чем очевидно, что Кома­ров, пройдя мостик, сошел с дороги. Это могло случиться вполне естественно, если он сам условился с кем-либо встретиться.

В консистории по делам службы он никого не принимал, на да­чу также, быть может, не хотел никого приглашать, но мог не от­казать кому-либо перекинуться с ним несколькими словами, пройдя вместе несколько шагов или присев под тенью на несколько минут. Вспомните деловое посещение Терентьевым дачи Комарова; могли быть и другие столь же заинтересованные в исходе своих дел неот­ступные просители. Если допустить на секунду правдивость такого объяснения, тогда тотчас же займут свое надлежащее место два, по-видимому, необъяснимых обстоятельства, фактическая достовер­ность которых, однако же, несомненна. Я говорю о показаниях Ко­маровой и свидетеля Крыся. Первая удостоверяет, что за все лето 14 июля в первый раз муж настойчиво просил его не встречать. Раз это была совершенно исключительная и вполне необычная настой­чивость, очевидно, был для нее и известный мотив. Назначив кому-либо встречу у мостика, он, естественно, мог не желать, чтобы жена присутствовала при этом.

Теперь возьмите показание Крыся, к которому на первых по­рах мы все относились почему-то с таким недоверием. Не таится ли в его показании разгадка именно того, о чем я веду речь. Выйдя на поворот дороги и завидев уже издали мостик, Комаров встречает Крыся и с ним здоровается. Он знает, что за мостиком его ждут, что жена не выйдет навстречу, быть может, у него в эту секунду внезапно шевельнулось сомнение относительно благонадежности ли­ца, которому он неосторожно назначил свидание, и вот он на ходу говорит Крысю: «Жена что-то не вышла навстречу, постой, пока перебегут собаки дорогу, и я пойду к мостику! ».