Речь по делу Люторических крестьян | Судебные речи - Часть 4

Речь по делу Люторических крестьян

Адвокат Плевако Ф. Н.

Но мир был недолог. Со сле­дующим годом вспыхнуло новое гонение: 20 дел и 6588 рублей в 1874 году; 12 090 рублей и 56 дел в 1875; в 1876 году — 50 дел и 14 942 рубля; в 1877 году — 38 дел и 11 026 рублей.

Я прошу вас перелистать предъявленный документ. Иски не­устоек по 30 процентов, по 50 процентов, по 100 процентов за долг мелькают перед глазами. Неустойки в 300 и 500 рублей — целыми десятками. А прочтите договор: полная неустойка за неуплату ма­лой доли долга. Прочтите дело № 143 за 1870 год — ищут долг и неустойку, крестьяне несут деньги судье. Деньги приняты, полу­чены, а на неустойку в 50 процентов все-таки взят исполнительный лист. Прочтите дело № 158 — ужасный, отвратительный договор: в случае просрочки — изба, корова, лошадь и все, что сыщется в избе, поступает в неустойку. Присуждаются иски по удостоверениям волостного правления. Присуждено по удостоверению, данному во­лостным правлением!

Но довольно! Надо много терпения, чтобы читать эти ростов­щические фантазии, которым давал значение и силу судья, живу­щий в наше время и творящий суд по уставам 20 ноября.

Стыдно за время, в которое живут и действуют подобные люди!

Пересмотрите, судьи, сами этот документ. Дайте значение этим прогрессивно увеличивающимся неустойкам, от 100 до 500 рублей. Примите во внимание красноречивый Факт, что неустойки взыскиваются, а новые долги все образуются. Значит, тяжело житье крестьян в имениях, вверенных графом Бобринским немцу Фишеру. Значит, захлестнула их мертвая петля, если они видят, как с них тянут неустойку, которой позавидует любой закладчик, а они платят, должают и все-таки опять берут.

Представьте же себе эту печальную экономическую историю.

Не трудно увидеть, что постоянное нарастание неустоек сбило с толку крестьян. Не трудно понять, до чего они дошли, когда, по свидетельству Писарева, приняли условия на обработку полей це­лой деревней за присужденную неустойку. Не трудно понять, как росли эти неустойки неведомо для деревни, как в волостном правле­нии в 1877 году под № 17 вынесен приговор, уполномочивающий двух мужиков и впредь подписывать всякие условия о не­устойках. Думаю я, что в Люторичах жизнь после реформы была во стократ тяжелее дореформенного рабства. До 19 февраля управ­ляющий берег мужика, как берег всякую хозяйскую вещь, внесен­ную в инвентарь. Эгоистический расчет имел личиною человеколю­бие.