Речь по делу Волоховой | Судебные речи - Часть 2

Речь по делу Волоховой

Адвокат Урусов А. И.

Мы знаем, что он был в этот день несколько раз в трактире, Никита Воло­хов видел, как он шел по улице с каким-то мужиком пьяный, но он не сказал, что видел его, как он вошел в дом. Если бы было доказано, что он ночевал в этот день дома, то это было бы доволь­но сильной уликой против подсудимой, между тем почти положи­тельно можно утверждать, что он не ночевал дома, так как его ближайшие соседи, Никита и Семен Волоховы, непременно долж­ны были слышать его возвращение. Член суда, производивший осмотр, удостоверяет, что из половины Семена слышен был даже обыкновенный разговор в половине Алексея, а тем более должны были быть слышны шум и крики, без  которых невозможно было совершить убийство. Господин товарищ прокурора делает предпо­ложение, что Волохов был убит сонным, но я полагаю, что делать предположения в таких важных делах мы не имеем никакого пра­ва. По мнению эксперта Доброва, подтеки на руках убитого могли произойти от, сильного захвата рукой; если допускать предположе­ние, то в этом случае возникает сильное сомнение о самом обстоя­тельстве дела. Относительно показания мальчика Григория я дол­жен заметить, что оно носит на себе явный след искусственности. Вы слышали, господа присяжные, что мальчик признавался, что он действовал по научению дяди; если предположить, что мальчик действовал сознательно, то чем объяснить то обстоятельство, что он от 17 до 22 августа никому ничего не говорил, он бегает сво­бодно по улицам, играет с мальчиками и мать его свободно отпу­скает. Остановимся на минуту на предположении, что убийство совершено ею и мальчик видел это, то неужели бы она отпустила его на улицу, где каждый мог бы его спросить об отце? Впрочем, остановимся на его показании: он говорит, что видел, как мать его ручкой топора без железа била его отца; потом он говорит, что видел отца в погребе; ясно, что мальчик смешивает время; он лег­ко мог видеть, как отец его пьяный спал и у него из носу текла кровь, после же он слышал, что отец его найден в погребе. Маль­чик явно перемешал события; выдумкой в его рассказе является только показание его о топоре. Я не могу допустить мысли, чтобы мальчик до такой степени отдавал себе отчет о своих впечатле­ниях, чтобы так долго мог помнить о таком событии. Далее, в числе улик товарищ прокурора приводит то обстоятельство, что подсу­димая 17 августа ходила ночевать к Прохоровым; он объясняет это ее боязнью оставаться ночевать в том доме, в котором она только что совершила убийство; но эта улика достаточно опроверг­нута следствием, так как свидетели показали, что она и прежде ночевала у соседей, когда муж ее возвращался домой пьяный.