Речь по делу Булах | Судебные речи - Часть 12

Речь по делу Булах

Адвокат Плевако Ф. Н.

Она не удостоивает ее слова, она сажает ее с прислугой, она урезает каждую копейку, возвращая ей дорожные издержки, да и это дает только потому, что на утро считает долгом выпроводить Буянову вон из города.

А Мазурина? Ее вместо радостной встречи ждет здесь суро­вая доля; ей, запрещается видеться даже с той, которая оказала ей услугу. Ни во что считает Булах тот стыд, который она вызвала у Мазуриной, не смевшей исполнить простого долга гостеприимства перед той, кого звала она, надеясь вознаградить ее ласками как своими, так и своей подруги-воспитательницы...

Но что же делать с Мазуриной?

Этот вопрос должна была задать себе Булах.

Выгнать вон ни на что более не нужную нищую? Но что будут говорить в городе, в печати? Ведь девушку знают все, ведь засту­пятся за нее! Кто знает, может быть, родственники заговорят о воз­врате дара? Найдется человек,— не один же Т. И. Филиппов имеет добрую душу, — возбудит дело. А Булах дорожит репутацией, даю­щей ей положение и обеспечивающей от неосторожных покушений заподозрить ее в нечистых способах обогащения.

Нет, отпускать Мазурину нельзя. Там, далеко, в Сибири и в Киеве, — другое дело: там Мазурина безопасна.

Но у девушки нашлась энергия выдержать долгий путь и вер­нуться в Ржев; более отпускать ее бесцельно.

Остается одно — держать ее около себя. Для этого не нужно тюрьмы: без гроша в кармане, без достаточной силы, чтобы не сму­титься властью Булах, Мазурина будет опять покорна, как рабыня. Не нужно будет теперь и ухаживать за ней: она ничего более дать не может.

И приговор произнесен: свобода сношений с миром, с теми самы­ми детьми, которые воспитываются на средства Мазуриной, с отца­ми их,   с подчиненными — все устранено с удвоенной строгостью.

А между тем возвратившаяся из Сибири Мазурина привезла зерно болезни, которое быстро дало рост под давлением на ее душу обстоятельств, перевернувших в ее глазах все ее миросозерцание.