Речь по делу Маргариты Жюжан | Судебные речи - Часть 5

Речь по делу Маргариты Жюжан

Адвокат Хартулари К. Ф.

Она привязывает­ся к семье, в которой была наставницей, столь искренно и нежно, что считает ее своей, и никакие оскорбления не заставят покинуть такую семью, где она прожила несколько лет. Таковы все Маргари­ты Жюжан, как имя нарицательное, населяющие Российскую импе­рию вообще и город Петербург в особенности. Все они необыкно­венно экзальтированны, у каждой есть, наверное, в запасе роман, в котором такой Маргарите приходилось играть первенствующую роль увлеченной и покинутой, но ни одна из них не знает мщения изменнику, в виде убийства оружием или отравлением, потому что такой поступок не в характере подобной женщины, которая скоро забывает нанесенные ей оскорбления и скоро мирится с жалкой действительностью, прикрывая и горе, и радость тем неподдельным, веселым смехом, каким так богата французская народность.

Вот почему, если вы, господа присяжные заседатели, будете иметь перед собой этот, наскоро сделанный мною слепок личности и характера подсудимой при обсуждении всех действий, приписы­ваемых Маргарите Жюжан, то, несомненно, придете к тому убеж­дению, что между нею и настоящим преступлением нельзя устано­вить ни органической, ни искусственной связи.

Перейдем, однако же, к самому обвинению или, правильнее сказать, к разбору доказательств, при помощи которых обвинение поддерживается на суде прокурорским надзором.

Вам известно, что М. Жюжан подозревают в интимной связи с покойным Н. Познанским и обвиняют в отравлении его из рев­ности. Все свидетельские показания, выслушанные вами по настоя­щему обвинению, отличаются, как и вы, по всей вероятности, заме­тили, необыкновенной тождественностью не только содержания, но даже стереотипностью самых выражений, и потому, излагая пока­зания одного свидетеля, мы можем смело сказать, что изложили почти слово в слово показания остальных.

«Мы подозреваем, — говорят эти свидетели, что Маргарита Жюжан находилась в любовной связи с покойным Николаем Поз­нанским, потому что она была с ним на «ты» сидела в его комнате, говорила разные двусмысленности, принимала участие почти во всех его пирушках, целовала его в присутствии посторонних, бесце­ремонно обращалась с его товарищами, позволяла им при себе сни­мать сюртуки, ссорилась и сама же первая мирилась с покойным».