Речь по делу Маргариты Жюжан | Судебные речи - Часть 4

Речь по делу Маргариты Жюжан

Адвокат Хартулари К. Ф.

Мне кажется, что если признается ужасным и достойным со­жаления положение всякого подсудимого вообще, то еще ужаснее и безотраднее настоящее положение М. Жюжан, которая, тем не ме­нее, решилась защищаться в лице моем, нисколько не теряя веры в беспристрастие суда и не сомневаясь, как иностранка, в могуще­стве русского закона!

Обратимся же к основаниям обвинения и рассмотрим их с полным хладнокровием и систематически, обещаясь пользоваться своим словом и мыслью для восстановления одной только истины. Начнем с мнимой любовной связи сорокалетней Маргариты Жю­жан с пятнадцатилетним Николаем Познанским, с этого исходного пункта обвинения. Но предварительно я считаю необходимым по­знакомить вас, господа, с настоящею М. Жюжан, а не с той, какой она представлена вам обвинительною властью, благодаря ее пыл­кому воображению, в виде Мессалины или какой-то Урсиниус, на­ходившей известное поэтическое наслаждение в мучениях отравляе­мых ею существ.

Подсудимая — французская подданная Маргарита Жюжан — воплощает в себе как общие женские достоинства и недостатки, так и особенные, свойственные национальности, к которой она принад­лежит по рождению. К общим ее недостаткам и достоинствам, как женщины, следует отнести необыкновенную нервность, подвиж­ность, развитие сердца и чувствительности, чрезвычайно быстрое суждение о предметах и явлениях, обнаруживающее неглубокий и поверхностный взгляд на все окружающее. Как француженка, под­судимая по воспитанию, образованию и обычаям той среды, к ко­торой она принадлежит, представляет еще некоторые особенности, а именно — она дитя того кружка французского общества, который постоянно снабжал Россию типами женщин, способных к весьма разнообразной деятельности. Такие женщины, приезжая в Россию, могут быть преподавательницами французского языка, гувернант­ками, компаньонками, чтицами, приказчицами в магазинах и, в крайнем случае, при невозможности занять то или другое место, а иногда и в конце своей педагогической или торговой деятельно­сти, с маленьким, разбитым голоском являются на театральных подмостках, увлекая так называемую нашу золотую молодежь... И во всех этих разнообразных ролях француженка остается по­стоянно верна себе: она женщина минуты, не думающая о буду­щем, постоянно веселая, смеющаяся и рассказывающая всегда о каких-то небывалых своих похождениях и проделках с целью за­нять собеседников. С детьми она всегда дитя, а у взрослых непре­менно ищет дружбы и сочувствия к своей особе.